Во всех бедах «Кайрата» виноват именно он. Так посчитали руководители алматинского клуба, и для Кайрата Утабаева сезон сложился из 14 матчей в чемпионате и с десятка встреч за «дубль». Его появление в алматинской команде связано с приходом КТЖ в клуб в середине сезона-2003.  Утабаев верой и правдой отыграл за «Кайрат»  три с половиной года, после чего перешел в «Алма-Ату», был ее капитаном. Но и тогда он не сумел доиграть чемпионат: Утабаева выставили на трансфер сразу после окончания летнего периода дозаявок. О том, почему он считается «проблемным» игроком, что пережили «кайратовцы» в этом сезоне, почему команду пытались штрафовать за общение с прессой, и о многом другом Кайрат Утабаев рассказал в интервью «Sport&KS».

С Хамитжановым я не ссорился

- Этот год был жутко тяжелым, – говорит Утабаев. – Не только для меня одного, но и для всех футболистов, выходивших на поле в майке «Кайрата». Честно говоря, думаю, что клуб никогда доселе такое не переживал. Тяжело было всем: футболистам, тренерам, болельщикам. В общем, кошмар. И никому не пожелаю такого.

- Вы впали в немилость руководства клуба и после второго круга были сосланы в «дубль». Ранее у вас была история с отчислением из «Алма-Аты». Неужели вы такой «проблемный» игрок?

- Не думаю, что это особенность моего характера – в 2007-м была совсем другая история. Меня убрали из «Алма-Аты», причины мне по сей день не известны. Но доводилось слышать две бредовые версии, по которым меня якобы и отчислили. Первая: говорят, что у меня случился конфликт с тогдашним генеральным директором клуба Саяном Хамитжановым. Мол, мы повздорили, поэтому мне и указали на дверь. Это полный бред. Мы с Хамитжановым пожали друг другу руки, расстались нормально. И никакого конфликта не было. Хотите услышать вторую версию?

- Это про то, что вы повздорили с отцом, ваши отношения были испорчены, и этого вам в клубе не простили?

- Именно. Официально заявляю: у меня с моим отцом Камилем Маликовичем отношения – идеальные, такие, какие должны быть между отцом и сыном. Кстати, отец с матерью скоро переедут ко мне в Алматы. Сейчас они проживают в Ташкенте. У меня вообще нет проблем в отношениях с родными.

- А почему вас сослали в «дубль» в этом году?

- Мое мнение – это неграмотность руководителей клуба. Хотя я не хочу сейчас всех собак вешать на них. С одной стороны, я их понимаю: не было должного финансирования. Но это не значит, что нужно ставить личные амбиции, понятия о порядочности против человеческих отношений. Во всей этой истории больше всех пострадали именно футболисты. Что касается моих взаимоотношений с руководством «Кайрата», то скажу так: эти люди годятся мне в отцы, но при этом идут по пути лоббирования собственного эго, хотят что-то доказать всему миру и себе. Может, я говорю немного запутанно, но это все из-за того, что я не хочу оскорблять кого-то лично. Это не в моем стиле.

- И все-таки, почему вы впали в немилость?

- Дело в личные отношениях. Они посчитали, что я виновен во всех трудностях клуба. Может быть, посчитали меня массовиком-затейником во всей этой истории с письмами на имя акима и президента.  Я считаю, что ставить какие-то свои личные интересы выше командных – неправильно. А они посчитали, что я негодяй. Но если бы я таковым являлся, то стала бы команда покупать мне билеты на самолет, чтобы я вместе с ней отправился на игру в Уральск? Меня тогда уже отцепили от основного состава, но ребята скинулись, купили мне билеты в оба конца, чтобы я отправился на игру, оказал моральную поддержку, был рядом. Разве стали бы пацаны поворачиваться ко мне лицом, если бы у меня был какой-то дурной характер? Более того, я летел в Уральск с надеждой выйти на поле, но тренерам позвонили сверху, дали указание – не ставить Утабаева ни при каких условиях.

- Видать, дружный коллектив подобрался у вас в этом году.

- Не то слово! Нужно отдать должное ребятам: при всех проблемах, трудностях мы были единым целым, не было каких-то разборок и прочего. Реально собрались хорошие люди. И это единственное приятное впечатление от сезона.

- А что дает здоровый микроклимат внутри коллектива?

- У многих были спады, каждый переживал из-за сложностей в клубе, из-за отсутствия результата. И в такие минуты ближний приходил на помощь, помогал выбраться из этой психологической «ямы». Мы не давали друг другу скиснуть.

Тренажеры из 1970-х

- Когда вы в последний раз играли за «Кайрат», это был самый богатый клуб страны. А сейчас – самый бедный.

- Да дело ведь не только в самих деньгах. Самое главное, что было в том «Кайрате» – порядок в организации, в администрации. Голова не грузилась лишними заботами, мы думали только об игре. В этом году я был просто в шоке, не думал, что за столь короткое время от былого величия «Кайрата» не останется ни следа. Тогда, в мой первый приход, все было на уровне, в клубе работали одни профессионалы. Не хочу делать никому рекламу или же, наоборот – антирекламу, но, если позволите, отмечу тогдашнего генерального менеджера клуба Ермека Сырлыбаева. Он сумел поставить работу в клубе так, что мы почти были приближены в этом плане к европейским стандартам. Сейчас не представляю себе, как все это могли развалить за три года. Из того «Кайрата» остались лишь Богомолов, Нурдаулетов и Утабаев. И все. Да и то, в следующем году вряд ли кто-то из этой троицы там будет (смеется).

- Еще база клуба осталась.

- А вы там были? Если да, то должны были заметить, что на этой базе тренироваться еще можно, а вот жить нельзя. Когда я увидел, что нет обычного спортивного инвентаря, то был в шоке. Угадайте, какого года производства там стоят тренажеры? 1970-80-х! Их давно пора в металлолом сдавать, а они занимают там место, тихо доживают свой век, скрипя, еле двигаясь, когда на них начинаешь работать. Алматы – большой и красивый город, и очень богатый. Но почему главная команда этого города находится в таком плачевном состоянии, почему она не двигается вперед – для меня необъяснимое явление.

- Плюнуть на все это, развернуться и уйти – не было такого желания?

- Скажу честно, некоторые ребята были на грани этого. Но все-таки решили доиграть сезон. Еще раз повторюсь: у многих были психологические спады, нервы были на пределе. Но все проявили характер. Что будет теперь – непонятно, придет новый тренер, новые футболисты. И если при этом не улучшится организация, то ничего не изменится.

- В этом году состав подобрался не самый слабый, были проблемы в атаке, но в целом собрались мастеровитые футболисты. Итоговое 10-е место команды закономерно?

- Раз мы закончили сезон на этом месте, значит, оно наше. Никуда от этого не денешься. Но поверьте мне на слово, очень тяжело играть, когда у тебя в голове крутятся мысли о быте, и в ней не остается места самому футболу. Если футболисты элементарно не знали, на что им одевать-обувать своих детей, не знали, на какие деньги оплатить детский сад, то о чем вообще можно говорить? Приведу в пример «Бунедкор». Президент этого клуба говорит своим футболистам: «Если есть проблемы с жильем, транспортом и прочими бытовыми делами, то не стесняйтесь, говорите об этом, мы решим все ваши трудности. Вы должны думать только о футболе, об остальном мы позаботимся». После такого отношения футболистам стыдно не давать результат. У нас же был бардак.

- Увольнение Сергея Волгина как-то повлияло на команду?

- Не хочу говорить о Волгине ничего плохого, он дал команде все, что мог. Не его вина, что выше головы не прыгнешь. Как бы он ни поступал, он пытался изменить ситуацию. Но что мы заслужили, то и получили.

Тараканы в комнате

- За что именно команду пытались оштрафовать: за письма на имя акима и президента страны, или же за несанкционированное общение со СМИ?

- Этого так никто и не понял. Что они хотели сказать этими штрафами? Три месяца с начала сезона команда не получала ни зарплату, ни премиальные. В апреле выдали зарплату за февраль и март. Да и то после того, как на «Нашем Спорте» вышла статья про наше бедственное положение. Началось какое-то шевеление, появились спонсоры в лице «КазРосГаза», которые обещали решить все проблемы. Но потом опять та же самая история. В итоге, просидев все лето без денег, мы решили написать открытое письмо на имя акима города, а затем и на имя президента страны. Естественно, после этого был интерес к нам и со стороны СМИ, все начали снимать про нас сюжеты, писать статьи. Даже когда мы подписывались под письмом на имя президента, это мероприятие снимали телевизионщики. Руководство посчитало, что мы делаем неправильно, привлекая к себе внимание. Они думали, что мы просим денег у президента. Хотя в этой ситуации следовало уловить разницу между «просили денег»  и «просили обратить внимание на бедственное положение КЛУБА». Мы ведь просили не только денег. Деньги – это энергия. Она движет людьми.

- Советник акима Алматы по спорту генерал Новиков здорово объяснил значение денег нашему изданию.

- Это вы про историю о Наполеоне, которую он вам рассказал? Не хочу даже комментировать это. На одном из собраний Новиков «напихал» Кайрату Нурдаулетову за то, что он не носит клубную экипировку. Кайрат был в шоке. Никто даже не удосужился спросить, есть ли у него эта самая экипировка. А преподнесли так, словно Нурдаулетову стыдно носить экипировку «Кайрата». Да ничего подобного! У него ее просто не было. У остальных она была, но в ней команда ходила в «повседневке» и в ней же тренировалась. Другой не было. Это нормально?

- Говорят, в Таразе вас поселили в гостиницу, не выдерживающую никакой критики.

- Вообще, в этом году можно было сочинить много анекдотов про «Кайрат». Думаю, их уже рассказывают. Попробую мягко обрисовать этот «отель». Мы приехали в Тараз, нас привезли в так называемую гостиницу, которая больше напоминает барак в лагере для военнопленных – примерно такие показывают в фильмах про вторую мировую войну. Один номер на 5-6 человек, один санузел на всех, по комнате бегают тараканы. Любой человек, любой профессии, если уважает себя, не станет жить в такой гостинице. Даже обычно терпеливый ко всему Волгин возмущался. Причем так возмутился, что через полчаса нас оттуда забрали и поселили в нормальную гостиницу.

- Расскажите еще какой-нибудь «анекдот» об этом сезоне. Говорят, команда как-то опоздала на самолет.

- Да, должны были лететь в Уральск на игру. Но кое-кто перепутал время вылета, и мы все опоздали на рейс. А «наверх» преподнесли так, будто это команда проспала. Объясните мне, как могут 22 футболиста плюс тренерский штаб из трех человек одновременно  проспать самолет? Проспать может один человек, но не 25 же!

- И что потом?

- Ничего. Улетели на следующий день. Виновный даже не был наказан.

- Как после таких слов вы и руководство вашего клуба будете смотреть друг другу в глаза?

- Мне-то чего бояться? Я смело могу смотреть в глаза кому угодно из них. Потому что я тут ничего не придумываю, с потолка не беру. А если они не смогут посмотреть в глаза мне, то, значит, у этих людей проблемы с самими собой. Это люди другого круга, они из другого уровня жизни, управленцы, начальствующие над многими. Но я смело могу посмотреть в глаза любому из них.

Анекдотичный метод

- Раньше футболистов запугивали чем угодно: невыполнением контрактных обязательств, бандитами. Сейчас такое есть?

- Думаю, что уже нет. Другое нынче время. Хотя кто его знает.

- Насколько я знаю, у вас в контрактах вообще не были прописаны штрафы. Тогда каким образом руководство клуба пыталось ударить вас рублем?

- Понятия не имею, чем они руководствовались. Думаю, что они просто хотели запугать нас, надавить. Зачитали нам приказ, написанный от руки. Мол, при получении зарплаты мы должны отдать половину суммы по линии штрафных санкций, расписаться, что возражений не имеем. Просто прочитали вслух, даже не показали нам никакого юридически грамотно составленного документа. Но вся команда встала на дыбы. Даже сам юрист клуба затем подтвердил, что это было неправильно. Меня разочаровал в этой истории со штрафами наш пресс-атташе. Он был в курсе нашего общения со СМИ, был рядом, когда мы подписывали письма, давали интервью. В общем, поставлен в курс дела. Но потом вдруг заявил, что ничего не видел, ничего не слышал и ничего не знает. Мол, наше общение со СМИ не было санкционировано, и нас надо за это оштрафовать. А санкционированность нашего общения со СМИ вам подтвердят ваши коллеги, которые видели, что пресс-атташе поставлен в курс.

- Говорят, что если бы вместо Есимова на посту акима города был Кулагин или Сагындыков, то «Кайрат» не испытывал бы таких проблем.

- Не я должен оценивать работу акимов. На это есть другие люди. Говорят, что Есимов загружен Азиадой. Это большое событие международного уровня, вся страна к нему готовится, тут слов нет. Думаю, что Кулагин или любой другой аким тоже был бы занят Азиадой. Поэтому не стал бы винить во всех бедах только акима города. Может быть, нас просто забыли. Надеюсь, что в будущем в «Кайрате» таких сложностей не будет. Вне зависимости от того, буду я играть в этой команде или нет, «Кайрату» я желаю только процветания. Причем, не только на уровне страны, но и на европейском. Но пока клуб от этого очень далек.

- И пока ситуация такова, что даже раздевалку команды можно легко ограбить средь бела дня.

- Вот вы еще один анекдот вспомнили. Это просто апогей всего. Мы играли с «Атырау». Заходим в раздевалку, тренер дает установку на игру. Я сижу и вижу, что мои кроссовки раскиданы по углам. Проверил карман – нет телефона. Подумал, что кто-то из ребят просто взял позвонить, забыв предупредить. Мысли даже не было, что раздевалку «вставили». Но тут сербы стали кричать, что их вещей нет на месте. В итоге обнаружилось, что половина команды осталась без мобильных телефонов, у Бояна Тркули украли очень дорогие часы, которые стоят несколько тысяч евро. Нам пообещали, что восстановят все потери. Но ничего не вернули.

- В общем, вы остались без телефона.

- Да Бог с ним, с этим телефоном. Единственное, что меня расстроило, – отсутствие сим-карты, на которой были номера всех знакомых, друзей. Мои потери – самые безобидные. А вот у других в телефонах были фотографии родных, памятные видео и прочее.

- Разве это не нонсенс, что вас обокрали на «ментовском» стадионе «Динамо»?

- В этом и заключается вся соль анекдота. Обычно во время матчей на проходной стадиона сидят полицейские, вахтерша, которые следят за тем, чтобы не было посторонних в подтрибунных помещениях. Но на этот раз сотрудников правоохранительных органов на месте не оказалось, вахтерша тоже куда-то отлучилась. Почему так случилось – не знаю. И кто-то воспользовался этим, пробрался в нашу раздевалку.

- Каким образом?

- Точно не знаю, либо дверь сумели как-то открыть, либо влезли через оконный проем в этой самой двери. В этом проеме не было стекла, оттуда, видимо, и залезли. На следующий матч решили проблему. Тоже анекдотичный метод, конечно. Знаете, что сделали с этим проемом? Заколотили его дощечкой! Вот так там решаются проблемы.

«Раньше в честь клуба детей называли»

- Давайте вспомним 2006-й год, когда «Кайрат» не вышел на второй тайм матча с «Алма-Атой», устроив тем самым демарш. Правда, что та акция была спланирована заранее?

- Я тогда сидел в запасе. После первого тайма мы остались разминаться на поле. А после перерыва команда появилась на беговой дорожке, развернулась к трибунам, похлопала и ушла. Нас тоже позвали в раздевалку. Там кто-то из руководителей уговаривал команду вернуться на поле, кто-то, наоборот, убеждал, что не надо этого делать. В общем, я сам теряюсь в догадках.

- Тогда ведь команда была сильной. Но сейчас многие считают, что будь «легионеры»  «Кайрата» уровнем выше, клуб мог бы быть представлен в групповом этапе еврокубков. Что скажете на это?

- Я не считаю, что «легионеры» у нас тогда были слабые. Те же румыны Дику и Луцу являлись игроками хорошего уровня. Мне лично их игра очень импонировала. Нам просто не хватило времени, чтобы пробиться в групповой этап Кубка УЕФА. В Лиге чемпионов нам дорогу обрубил белорусский судья.

- На вашем счету 10 матчей за сборную Казахстана. Какой из них оказался самым памятным?

- Все без исключения. Обычно запоминается дебют. Мы играли против Японии в товарищеской встрече, проиграли 0:4. Потом был поединок в Дании.

- Вы, кстати, в Копенгагене могли и забить, но попали в штангу. Помните?

- Да, делал прострел, но не вышло, получилось так, словно я бил по воротам и попал в штангу. Хотя, получись тот прострел, Нурбол Жумаскалиев мог забить. Это матчи при Тимофееве. А при Пайперсе запомнился матч против Польши в Алматы, мы тогда проиграли 0:1, но могли и выиграть. Да, были хорошие моменты в жизни. Но это все в прошлом, а я не из тех, кто им живет.

- У всех казахстанских футболистов с именем Кайрат принято спрашивать: а не в честь ли алматинского клуба вас назвали?

- Нет, мне это имя дала сестра. Но я понимаю, что каждый, кто носит это имя и играет в «Кайрате», обречен на более пристальное внимание со стороны болельщиков. Был момент, когда в «Кайрате» было сразу три Кайрата. Я, Нурдаулетов и Аширбеков. Но Аширбеков так и не перешел к нам, остался в Актобе. Вот их, кстати, родители назвали в честь клуба. Видите, какой раньше «Кайрат» был? В честь него люди своих детей называли. А сейчас… В общем, надеюсь, что еще придет время, когда на свете будет появляться больше Кайратов.

ShareTweet